Я тебя съем: слияния и поглощения на fashion-рынке

Текст:
ЮЛИЯ БУШУЕВА

Почему в последнее время среди модных брендов столько слияний и поглощений?

В модной индустрии настоящий бум сделок слияний и поглощений (mergers and acquisitions, M&A): владельцев, в частности, сменили легендарные Dior и Jimmy Choo. У лидеров рынка много денег, а покупка конкурента или поставщика сейчас — лучший способ расширить бизнес. Но это не единственные причины.

Что происходит?

LVMH купил Christian Dior

Лидер модной индустрии — LVMH — в апреле сообщил о приобретении Dior за €6,5 млрд. Рынок давно ждал от LVMH какой-то сделки: у компании крепкий баланс и значительный опыт успешных приобретений брендов класса люкс. Поэтому время от времени в прессе появлялись слухи об очередной покупке, а в качестве объектов назывались такие публичные компании, как Burberry, Tod’s и Tiffany. Однако LVMH предпочел купить Dior у семьи своего основного владельца и президента — Бернара Арно, заодно упростив структуру его активов. Аналитик Citi Томас Шове считает, что эта сделка закрыла потребности LVMH в M&A на ближайшее время.

В США создаются новые модные конгломераты

Американский производитель сумок Coach в мае объявил о покупке своего конкурента Kate Spade за $2,4 млрд. А компания Michael Kors недавно сделала оферту на приобретение обувной марки Jimmy Choo; cумма сделки составит $1,2 млрд. Для Coach это уже вторая сделка такого рода — в прошлом году компания купила производителя обуви Stuart Weitzman. Michael Kors также не намерен останавливаться и продолжит M&A в сегменте люксовых аксессуаров и обуви, сообщило руководство компании на конференц-звонке для инвесторов.

Coach
объявил
о покупке
Kate Spade

$2 400 000 000

В сегменте модных очков — новый суперигрок

Итальянская Luxottica, которая и без того была одним из крупнейших производителей и дистрибьюторов очков, сообщила о слиянии с производителем линз номер один в мире — французской Essilor. Luxottica принадлежит порядка 9000 магазинов по всему миру, компания производит и продает очки как собственных брендов — например, Ray-Ban и Oakley, так и лицензионные fashion-имена — Armani, Burberry, Bulgari, Chanel, Dolce & Gabbana, Prada, Versace и другие. Даже если у вас отличное зрение, вы почти наверняка покупали солнцезащитные очки производства Luxottica. Essilor — крупнейший производитель линз в мире: его доля на рынке контактных линз оценивается в 40 %, даже если к этому прибавить линзы для солнцезащитных очков и очков для чтения, то доля Essilor все равно огромна — 25 %. Предполагается, что сделка закроется до конца года, новая компания будет в 12 раз больше ближайшего конкурента — Safilo и уже наводит ужас на других игроков сектора.

Почему именно сейчас?

Возможности для роста за счет открытия новых магазинов практически исчерпаны

Последние десять лет модные компании активно росли за счет открытия собственных магазинов (взамен продаж через универмаги и другие оптовые каналы), а также осваивали новые рынки, крупнейшим из которых стал Китай. Но теперь возможности для подобного рода экспансии практически исчерпаны: оказалось, что так много магазинов попросту не нужно, а потребители все больше предпочитают покупать в интернете. WSJ приводит данные компании Berstein: в первом полугодии 2016 года luxury-компании впервые закрыли больше магазинов, чем открыли. В такой ситуации покупка конкурента — один из немногих способов нарастить продажи. Инвестбанк UBS считает сделку Coach и Kate Spade довольно удачной, так как их магазины мало пересекаются между собой, а также с магазином основного конкурента — Michael Kors (всего 35 % магазинов Coach в США и 40 % Michael Kors имеют магазин Kate Spade на расстоянии одной мили, говорится в недавнем исследовании UBS Evidence Lab), кроме того, у Kate Spade более молодая и состоятельная аудитория.

Сильные балансы компаний и возможность дешево привлекать заимствования — хороший стимул для M&A

Модный бизнес, особенно в сегменте luxury, оставался высокодоходным даже в самые мрачные моменты. Поэтому большинство крупных игроков — в хорошем финансовом состоянии, свидетельствует отчет Bloomberg Intelligence: долговая нагрузка компаний находится на минимальном уровне за последние четыре года. Кроме того, ставки по кредитам достигли исторически низкого уровня, что также должно стимулировать сделки.

Успех LVMH и Kering вдохновляет других участников рынка

«Мы хотели бы создать глобального игрока в области luxury fashion, и я восхищаюсь тем, что в этой области сделали LVMH и Kering», — CEO компании Джон Айдол не скрывает, кто вдохновил его покупки. LVMH, созданный на базе Louis Vuitton, и Kering, крупнейший актив которого — итальянский бренд Gucci, действительно являются самыми успешными игроками в модной индустрии в премиальном сегменте. Другой удачный пример модного холдинга — американская компания PVH, основа бизнеса которой — марки Calvin Klein и Tommy Hilfiger.

Конгломераты в целом более устойчивы в кризисные времена, так как их бизнес лучше диверсифицирован — как за счет присутствия в различных сегментах (одежда, обувь, парфюмерия, спиртные напитки и прочее), так и за счет наличия магазинов в разных регионах (PVH чувствует себя лучше американских конкурентов за счет наличия бизнеса в Европе). Кроме того, масштаб бизнеса позволяет им экономить — на маркетинге, административных издержках, а также выторговывать лучшие условия на аренду площадей под магазины. Большим игрокам также легче привлечь настоящие таланты.

Michael Kors
покупает
Jimmy Choo

$1 200 000 000

Однако слишком агрессивные планы роста могут быть опасны, предупреждают эксперты. Michael Kors считает, что продажи Jimmy Choo в перспективе могут удвоиться, но на практике слишком большие объемы продаж могут лишить бренд эксклюзивности, что уже произошло с самим Michael Kors.

На рынке есть продавцы, готовые расстаться с активами по разумной цене

Инвесторы, купившие активы во времена бурного роста модного рынка, теперь оптимизируют портфели. Так, основным продавцом акций Jimmy Choo выступает JAB Holding, его главный бизнес — кофе, и компания старается выйти из всех активов, не связанных с этим бизнесом. В дальнейшем JAB также намерен продать производителя обуви Bally. Другой пример — марка Shanghai Tang, производитель шелковых платьев в традиционном китайском стиле. До недавнего времени ее владельцем был холдинг Richemont, известный прежде всего ювелирными и часовыми брендами — Cartier, Van Cleef & Arpels, Piaget, Baume & Mercier и другими. Аналитики давно писали, что Richemont стоит продать все, что не имеет отношения к hard luxury, но только теперь холдинг решился на первую сделку — несколько месяцев назад Shanghai Tang был продан частным итальянским инвесторам. Не исключено, что за ними последуют другие непрофильные активы группы — Azzedine Alaïa, Dunhill и Chloé. Среди других брендов на продажу называют также производителя кроссовок Puma (принадлежит Kering) и Giorgio Armani, однако последний, скорее всего, предпочтет провести размещение своих акций (IPO) на бирже. На IPO также могут выйти такие имена, как Marc Jacobs, Versace и Valentino, считают аналитики Bloomberg Intelligence.