14 ОКТЯБРЯ 2026

«Хотя, вообще-то, в коровах есть что-то очаровательное»

ФОТО:
GETTY IMAGES, ELGION-MEDIA, АРХИВЫ ПРЕСС-СЛУЖБ

Сегодня 65 лет исполняется Айзеку Мизрахи — дизайнеру, чье имя редко ставят в один ряд с главными американскими модельерами, а меж тем на рубеже 1980–1990-х его называли модным королем Нью-Йорка, а Анна Винтур считала, что без таких, как Мизрахи, мода рискует стать скучной. В июне этого года американская сеть розничной торговли Target назначила Мизрахи «креативным директором по особым проектам», а в сентябре в прокат вернулся фильм о нем: «Нараспашку» (1995), который сейчас называют лучшей модной документалкой всех времен. Алена Важенина с любопытством наблюдает за возвращением человека, который никогда не лез за словом в карман, первым показал зрителям закулисье показов (а заодно и себя в пенной ванне) и предвосхитил эпоху сотрудничества дизайнеров с массмаркетом.

Айзек Мизрахи, 2006

«Ты король Нью-Йорка», — сказала модель Вероника Уэбб Айзеку Мизрахи за кулисами его дебютного показа в 1988 году. Отмахнувшись, 25-летний выпускник Parsons, успевший к тому моменту поработать у Перри Эллиса, Джеффри Бэнкса и Кельвина Кляйна (по два года у каждого), вышел к зрителям на поклон и увидел стоячие овации. Кажется, то был последний раз, когда Айзек поскромничал насчет себя — в будущем этот острый на язык бруклинец, прирожденный шоумен, больше ни на секунду не усомнится в собственной гениальности. Что говорить — историю про короля Нью-Йорка сегодня из интервью в интервью рассказывает он сам.

Впрочем, эту уверенность в собственной исключительности всячески подкрепляла и пресса. «Он мгновенно стал сенсацией, — вспоминала спустя годы критик Кэти Хоррин, — настоящим претендентом на место в высшей лиге среди таких брендов, как Calvin Klein, Ralph Lauren и DKNY». А еще Айзека сразу прозвали блюстителем традиций Клэр Маккарделл, Нормана Норелла и Роя Холстона — легенд американской моды. Мизрахи, по собственному признанию, презирал нью-йоркских дизайнеров, которые «попросту копировали европейские показы». «Создавать красивую одежду, — говорил он, — это не значит повторять последние новинки из Парижа или Италии или делать пышные юбки, как у Лакруа». Его занимали прежде всего привычные для американского гардероба вещи — парки, джинсы, рабочие комбинезоны, платья с вырезом лодочкой, ботинки-дезерты. Критиков, в свою очередь, занимало то, как ловко Айзек с ними обращался — те же парки шил из шелковой тафты, в шелковые же превращал джинсы; «нарядная повседневность», характеризовали его стиль.

«Нарядная повседневность» и стоячие овации

1 Вероника Уэбб на показе Isaac Mizrahi Fall 1989; 2 Isaac Mizrahi осень-зима 1988; 3 Isaac Mizrahi Resort 1988

Искусно работал дизайнер и с цветом — в частности, после первых показов журналисты отмечали «чистые и бодрящие сочетания насыщенного фиолетового, нежного голубовато-сиреневого и нефритово-зеленого», так что Хорин вспоминала обертки из старинных кондитерских магазинов. Выделяли и его изобретательную стилизацию: например, белую хлопковую футболку, надетую поверх пышной бальной юбки из тафты. К 1991 году Мизрахи успел собрать едва ли не все главные награды американской модной индустрии — включая премию имени Пэрри Эллиса для молодых дизайнеров и два звания «Дизайнер года».

Айзек Мизрахи в своей студии, 1989

1 Isaac Mizrahi, 1989; 2 Isaac Mizrahi RESORT, 1989;
3 Isaac Mizrahi осень-зима 1990; 4 Isaac Mizrahi веСНа-лето 1990

Перри Эллис со своим ассистентом Айзеком Мизрахи пеерд показом Perry Ellis весна-лето 1983

Perry Ellis х Isaac Mizrahi весна-лето 1990

Кристи Тарлингтон в ISAAC MIZRAHI, съемка Vogue 1990 Фото: Arthur Elgort/Conde Nast/Getty Images

Показы Мизрахи превратились в полноценные светские события — еще до того, как это стало мейнстримом. Более того, именно ему порой приписывают то, что первый ряд стал кишеть знаменитостями и привлекать едва ли не больше внимания, чем подиум. «Я особо для этого не старался, — не без снисходительности объясняет дизайнер, как на его показах оказывались Лайза Миннелли, Сандра Бернхард, Розанна Барр и Мадонна. — Ну а Роберт Де Ниро, например, просто приходил попялиться на моделей. В смысле на одежду ему было плевать. Я никогда никому не платил за место в первом ряду. Не знаю, кто вообще это придумал, но сама мысль о том, что знаменитостям нужно платить за присутствие на показе, мне отвратительна. Что за чертовщина?»

Пионером Мизрахи оказался и в том, чтобы показать широкой публике закулисье модных показов. В 1995 году вышел документальный фильм «Нараспашку» (Unzipped), снятый его тогдашним партнером, фотографом Дугласом Кивом. Чтобы объяснить, насколько дерзким по тем временам был этот эксперимент, журналист Vogue Чарльз Гэнди предлагал представить Ральфа Лорена, который нежится в пенной ванне и сплетничает по телефону с матерью, или Кельвина Кляйна, который вприпрыжку несется по Нью-Йорку в нелепой шляпе, распевая песню из телесериала. Вообразить такое было решительно невозможно. А вот Мизрахи без малейшего стеснения пускал камеру и в собственный дом, и в мастерскую, позволял снимать свои истерики и ссоры с сотрудниками, а заодно дурачился в компании супермоделей — Наоми Кэмпбелл, Линды Евангелисты, Синди Кроуфорд, Кейт Мосс, Кристи Тарлингтон и Хелены Кристенсен.

Без застежек и купюр

1 c Лайзой Миннелли, 1989
2 с Наоми Кэмбелл и Линдой Евангелиста, 1990

с Сандрой Бернхард, 1991

Шалость удалась: в 1995 году «Нараспашку» получил приз зрительских симпатий на фестивале «Сандэнс», а затем вышел в широкий американский прокат. Сегодня, спустя более тридцати лет, журнал Interview называет «Нараспашку» «возможно, лучшим документальным фильмом о моде». В конце концов, именно он подарил нам уйму остроумных и одновременно возмутительных цитат Мизрахи вроде: «Мода — это про женщин, которые не хотят выглядеть как коровы. Хотя вообще-то в коровах есть что-то очаровательное».

«Нараспашку», 1995

Однако выход успешной документалки сопровождался далеко не лучшими показателями в бизнесе: продажи бренда Айзека Мизрахи оставляли желать лучшего. Главная проблема, по мнению экспертов, заключалась в том, что за десять лет дизайнер так и не выработал столь же узнаваемого почерка, как те же Кельвин Кляйн, Донна Каран или Ральф Лорен. «Первые коллекции были блестящими, но затем становились все более непредсказуемыми», — объяснял Ричард Мартин, руководивший в то время Институтом костюма Метрополитен-музея. Ретейлеры тоже разводили руками: стоило покупательницам полюбить какую-нибудь модель, как Мизрахи терял к ней интерес и в следующем сезоне предлагал нечто совершенно другое. В результате даже байеры, искренне восхищавшиеся его талантом, признавались, что продавать его одежду было непросто.

Сам Мизрахи в коммерции тоже оказался не силен; хотя позже журналисты предполагали, что дизайнер попросту не сумел справиться с обрушившейся на него славой. «Помню, один агент по лицензированию спросил, какие товары я хотел бы выпускать под своим именем, — вспоминал позже дизайнер. — И знаете, что я ответил первым делом? Парики! Тот тут же начал складывать вещи обратно в портфель. Понял, что я сошел с ума». Ведь его конкуренты в то время обогащались на парфюмерии, белье и аксессуарах. Не спасла Мизрахи и более доступная линия Isaac, запущенная в 1996 году: покупательниц она так и не нашла и закрылась всего через три сезона.

Парики вместо прибыли

Эмбер Валлетта в блузке ISAAC MIZRAHI, съемка Vogue, 1993 Фото: Arthur Elgort/Conde Nast/GETTY IMAGES

1 Isaac by Isaac Mizrahi 1995
2-4 Isaac Mizrahi осень-зима 1991 — осень-зима 1997 — весна-лето 1997

Айзек Мизрахи на благотворительном балу Fire & Ice Ball, 1997

1-3 Isaac Mizrahi осень-зима 1994
4 Isaac Mizrahi весна-лето 1998

В итоге в 1998 году американское подразделение Chanel, финансировавшее марку Айзека с 1994-го, отказалось от дальнейших инвестиций, и Мизрахи пришлось закрыть и основную линию. Король Нью-Йорка оказался голым.

финал показа Isaac Mizrahi осень-зима 1997

Одной из причин коммерческого провала Мизрахи называли и его чрезмерную увлеченность… самим собой. «Возможно, он так и не сумел продвинуть свою эстетику, потому что был слишком занят собственным продвижением», — предполагал Time в 1998 году. И действительно, к тому моменту дизайнер уже вовсю пробовал себя в кино — снялся у Вуди Аллена в «Знаменитости» (1998), — а еще выпустил серию комиксов «Приключения супермодели Сэнди» (1997), права на экранизацию которых приобрела DreamWorks. Позднее он появился и в «Сексе в большом городе». Любимым воспоминанием со съемок он, кстати, называет стойку, увешанную бюстгальтерами Сары Джессики Паркер: «Потому что я люблю грудь!».

Эта страсть «сиять», как бы выразились сегодня в соцсетях, возникла у Айзека не на пустом месте. В своих мемуарах I.M., выпущенных в 2019 году, Мизрахи вспоминает детство в бруклинской общине сирийских евреев, где он вместе с двумя старшими сестрами рос с вечным желанием превзойти своих более богатых (и лицемерно религиозных, как он вспоминает) соседей во всем — от одежды для синагоги и предметов интерьера до праздничных застолий. Впрочем, тогда в эту подчеркнуто благопристойную среду Айзек едва ли вписывался: «Я выделялся, как пухлый палец», — писал он о себе, добавляя, как во время ежедневных молитв в еврейской школе отбивал диско-ритмы и рисовал на полях религиозных книг туфли и парики. Отец Айзека, владелец бизнеса по продаже детской одежды, к непохожести сына относился прохладно — и более того, нередко пугал его своей жесткостью и «провинциальными взглядами».

Мне еще и петь охота

1 Выступление в Cafe Carlyle @imisaacmizrahi
2 кабаре-шоу LES MIZrahi в театре Greenwich House, 2000

Отдушиной для юного Мизрахи стала мода. Его мать, «эрудированная поклонница высокой моды», хоть и не без скепсиса, интерес сына поддерживала: сама умела превращать дешевые подделки в эффектные вещи с помощью перьев и меховой отделки и однажды, поджав губы, даже купила Айзеку Барби. Тот, как водится, принялся ее переодевать, а затем мастерить собственных кукол, шил им блестящие костюмы и соорудил кукольный театр в семейном гараже. Самого его на сцену тоже тянуло, так что до того как поступить в школу дизайна Parsons, он отучился в нью-йоркской Школе исполнительских искусств, где осваивал актерское мастерство и игру на фортепиано и даже мелькнул в фильме «Слава» Алана Паркера.

афиша шоу Айзека Мизрахи в Cafe Carlyle, 2026

«Приключения супермодели Сэнди», 1997

Так что после закрытия собственной марки дизайнеру было куда направить творческую энергию. В 2000 году он дебютировал с сольной музыкально-комедийной программой в небольшом нью-йоркском театре «Гринвич-хаус» и с тех пор регулярно выступал перед публикой, перемежая песни историями из собственной жизни. Со временем добрался он и до Бродвея: в 2022 году дебютировал в мюзикле «Чикаго» — в роли Эймоса Харта, вечно остающегося в тени мужа главной героини.

Сегодня, в 2026 году, Мизрахи по-прежнему выступает с собственными программами, но досадует, что публика так и не привыкла воспринимать его в качестве артиста. «Я ведь и выступаю на сцене, и создаю одежду. И это какое-то безумие, потому что люди воспринимают меня совершенно иначе. Для них я просто модельер», — сетовал он в недавнем интервью The Guardian.

Но не сценой единой жил Мизрахи после закрытия собственной марки. Задолго до того, как Джон Гальяно взялся за Zara, и еще до дебютной коллаборации Карла Лагерфельда с H&M Айзек взялся за создание коллекции для американской сети Target; первые вещи поступили в продажу в 2003 году. Для кого-то переход из высокой моды в массовую мог бы показаться концом света, но только не для вечно оптимистичного, по характеристике журналистов, Мизрахи. Напротив, дизайнер был крайне воодушевлен — особенно его будоражил масштаб продаж. «Раньше я думал, что моя работа — каждые полгода придумывать что-то новое, смелое, безумное», — говорил он в 2005 году, с гордостью докладывая о пальто из смесовой шерсти с розовой стеганой подкладкой, которое стоило 50 долларов и разошлось тиражом в 17 тысяч экземпляров.

За следующие семь лет (ровно столько продлилось это сотрудничество) дело дошло до постельного белья, занавесок для душа и посуды — словом, всего того, что могло бы спасти собственную марку Мизрахи, займись он этим чуть раньше. Тем более что Айзек быстро сообразил, как приспособить свои дизайнерские находки к предметам интерьера: например, на них перекочевали крупные красные маки, украшавшие платье из его коллекции середины 1990-х. Справедливости ради, совсем с высокой модой дизайнер не распрощался: шил вещи по индивидуальным заказам, в том числе для Сары Джессики Паркер. А в 2004 году после шестилетнего перерыва вернулся на подиум с показом, где смешал кутюрные, расшитые юбки с бюджетными джинсовыми пальто, созданными для Target. В дальнейшем показывал коллекции с переменным успехом вплоть до 2011 года.

Высокая мода, низкие цены

В июне 2026 года Target вновь призвала Мизрахи — на сей раз на должность «креативного директора по особым проектам», в честь чего дизайнер прошелся с серией интервью по изданиям, успев признаться, что подсел на «Оземпик», и неожиданно благосклонно отозваться о происходящем в моде (хотя еще в 2020 году называл ее клоунадой). Жаль, от ответных уколов эта тактика Мизрахи не уберегла: и чем вы удивите нас теперь, когда дизайнеры сотрудничают с титанами массмаркета едва ли не чаще, чем выпускают собственные коллекции?

1 Isaac Mizrahi осень-зима 2007
2 Isaac Mizrahi Semi Couture 2005

1 Isaac Mizrahi весна-лето 2010
2 Isaac Mizrahi осень-зима 2004