Ее Величество, фотограф

ФОТО:
GETTY IMAGES, LEGIOn-MEDIA,
АРХИВЫ ПРЕСС-СЛУЖБ

Завтра в Галерее Люмьер, празднующей 25-летие, открывается выставка «Женский взгляд». Экспозиция объединяет множество работ женщин-фотографов разных эпох: в числе прочих Лиллиан Бассман с Blowing Kiss, Рут Оркин с «Американской девушкой в Италии» и Энни Лейбовиц, запечатлевшая весной 2007 года Елизавету II. Серия фотографий королевы для Vanity Fair в свое время вызвала скандал — из-за того, что Елизавета якобы сорвала съемку после неудачной реплики Лейбовиц. Иван Чекалов погрузился в воспоминания Энни, чтобы восстановить историю этого и нескольких других снимков Елизаветы II, сделанных легендарным американским фотографом.

Энни Лейбовиц, Елизавета II, 2007
фото: Still Art Foundation

Королевская тиара

Приехав в Букингемский дворец в марте 2007-го, Энни Лейбовиц изрядно нервничала. Ничего удивительного — она была первым американским фотографом, допущенным до Ее Величества; кроме того, все с самого начала пошло не по плану. Во-первых, по задумке Лейбовиц съемка должна была состояться совсем в другом месте — неподалеку от Виндзорского замка, где Елизавета II оседлала бы коня. Во-вторых, фотографу дали на все про все лишь 25 минут, а королева еще и опоздала.

Перед съемкой Энни показали каталог нарядов и украшений Елизаветы и «попросили выбрать, что она наденет». Лейбовиц выбрала длинное золотое платье, а также черный плащ, в котором Сесиль Битон фотографировал королеву еще в 1968-м, шубу и мантию ордена Подвязки — во время съемки их то надевали поверх платья, то снимали. Однако Елизавета II была еще и в тиаре.

Несмотря на вполне объяснимый трепет, Лейбовиц действовала решительно. Она так делала всегда: снимая обнаженного Джона Леннона рядом с одетой Йоко Оно или забираясь на одну из горгулий Крайслер-билдинга, чтобы запечатлеть танцора Дэвида Парсонса на другой. Энни попросила Елизавету II снять тиару, чтобы она выглядела less dressy, менее нарядно; королева возмутилась: «Менее нарядно! Как вы думаете, что это такое?».

Энни Лейбовиц, 2007

Vanity Fair, 2007

Спустя некоторое время из-за этого обмена репликами произошел нешуточный скандал. Телеканал BBC One выпустил промотрейлер к своему документальному фильму A Year with the Queen, в котором за перепалкой следовала монтажная склейка — Ее Величество якобы сбежала со съемки, причитая «Я ничего не буду менять. Мне надоело так наряжаться, большое спасибо». В действительности все произошло с точностью до наоборот, на этих кадрах королева идет к Лейбовиц, а не от нее. Телеканал принес официальные извинения, а его директор Питер Финчем подал в отставку.

Энни же на съемке вела себя скромнее обычного — в книге 2008 года «За работой» она пишет, что восприняла королевское приглашение за честь. «Почтительность казалась мне естественной, — объясняет Лейбовиц. — Когда британский портретист благоговеет перед королевой, его считают обожателем. Я же могла себе позволить традиционное почтение». В конце концов из 25-минутной съемки для Vanity Fair родилось четыре фотографии, на двух из которых (включая представленную в Галерее Люмьер) королева в тиаре, а еще на двух — без. Такой компромисс — после вспышки гнева, как рассказывала Энни, Елизавета II объяснила тем, что «если мы снимем тиару, то не сможем надеть ее обратно». Фотограф ничтоже сумняшеся предложила сделать несколько кадров в этом «бриллиантовом кольце», прежде чем его снять. «Тогда я хотела бы вернуться и привести свои волосы в порядок», — ответила Елизавета.

Энни Лейбовиц, «За работой»

Такой момент уязвимости. Я и сейчас плачу, думая об этом… В середине сеанса она подумала, что, возможно, недостаточно хороша

— Энн Лейбовиц о Елизавете II

Так Лейбовиц поняла, что нервничает в гигантских залах Букингемского дворца не одна — чуть позже Елизавета призналась, что, по ее мнению, принцесса Маргарет, сестра королевы, подошла бы для съемки гораздо лучше. «Такой момент уязвимости, — вспоминала Энни после ее смерти. — Я и сейчас плачу, думая об этом… В середине сеанса она подумала, что, возможно, недостаточно хороша». Фотограф и королева нашли общий язык — поболтали о фотографии, Елизавета поделилась историей о знаменитом коронационном снимке Дороти Уайлдинг, печатавшемся с тех пор на всех почтовых марках и банкнотах, — как выяснилось, его сделала не сама Дороти, а ее ассистентка. А также о Джейн Боун, ровеснице королевы, запечатлевшей ее 80-летие, — для той съемки, по словам Елизаветы, она помогала двигать мебель.

Фотосессия вышла запоминающейся: величественный монарх смотрит прямо в объектив камеры, подбирая полы мантии, ниспадающей на узорчатый ковер белой гостиной Букингемского дворца. Вполоборота стоит в той же комнате в золотом платье, пока в зеркале отражаются роскошные интерьеры. Словно герой Каспара Давида Фридриха, «прогуливается» в черном плаще по цифровому заднику сада дворца. Наконец, в фотографии, представленной в Галерее Люмьер (по выражению ее основательницы Натальи Григорьевой-Литвинской, «редкой музейной жемчужины» из коллекции Still Art), королева выглядывает в широко распахнутое окно — Туманный Альбион и впрямь туманный, развевающиеся шторы вызывают в памяти романтические полотна Уильяма Тернера.

Дороти Уайлдинг, Елизавета II во время коронации

Внуки, корги
и Range Rover

Спустя девять лет Лейбовиц вновь позвонили из Букингемского дворца — оказалось, накануне 90-летия у королевы появились новые идеи для более домашней съемки в кругу семьи. Теперь уже в Виндзоре. Впрочем, были мысли и у самой Энни — она хотела запечатлеть Елизавету II в шотландском замке Балморал, за рулем ее Range Rover. Фотографу отказали: «Я ужасно расстроилась, потому что видела, как она водит».

Тем не менее на съемку Лейбовиц согласилась — и в 2016 году на обложке летнего выпуска Vanity Fair оказалась улыбчивая королева, баюкающая на фоне малиновых камелий любимых корги. По рассказам Энни, Елизавета показала ей свои сады, а во время фотосессии на лестнице, когда начался дождь, помогла фотографу и ее детям — 16-летней Саре и 12-летним двойняшкам Сьюзен и Сэмюэль, которых фотограф взяла с собой на многодневную съемку, — под этой лестницей спрятаться; также Ее Величество рассказала, что именно здесь любила играть в детстве.

Обложка Vanity Fair со съемкой Энни Лейбовиц

Она считала позирование своим долгом.
И целиком отдавалась процессу, фотографу или художнику, их креативности
и воображению.

— Энн Лейбовиц о Елизавете II

Но главные снимки из той, второй съемки все же были другие: с мужем, дочерью Анной и целой порослью внуков и правнуков в Виндзорском замке. На них церемониальные одеяния уступили место нежно-розовому кардигану, кремовой блузке и клетчатой юбке в пастельных тонах (вот уж действительно less dressy), она много улыбается и выглядит удивительно уютно — хотя уютно во время той фотосессии ей было далеко не всегда. Так, чтобы собрать перед камерой двух внуков и пятерых правнуков, королеве пришлось вручить двухлетней шебутной Мие Тиндалл свою сумочку — чтобы отвлечь от беготни. И усадить на колени годовалую принцессу Шарлотту: «А я ведь вся буду в синяках…».

«Она считала позирование своим долгом, — заключает Лейбовиц. — И целиком отдавалась процессу, фотографу или художнику, их креативности и воображению». Елизавета позировала и для парадной картины Пьетро Аннигони 1955 года, и для нелицеприятного портрета Люсьена Фрейда 2001-го. А Энни Лейбовиц — дважды, по-королевски и по-домашнему, «со всех сторон», как выразилась фотограф. Королева работала музой — и когда наследники английской монархии, бегая по Виндзору, называли Ее Величество «бабулей», и когда она накидывала на плечи тяжелую мантию ордена Подвязки.

Пьетро Аннигони, Парадный портрет Елизаветы II, 1955