Шире круг  

ФОТО:
LAUNCHMETRICS SPOTLIGHT

Неделю моды в Копенгагене снова интересно обсуждать! По крайней мере, так показалось Алене Важениной, углядевшей в плащах с панье и топах с басками манифест против оземпикового шика.

Institution By Galib Gassanoff весна-лето 2027

Давайте честно: в последние пару-тройку лет неделя моды в Копенгагене — некогда справедливо заработавшая неофициальное звание пятой в ряду мировых, — подкидывала нам мало поводов для обсуждения. Точнее, не подкидывала совсем. Когда-то событие прославилось своим стритстайлом — Перниль Тейсбек, Эмили Синдлев, Жанетт Мадсен и другие местные fashion-энтузиастки подбивали нас носить балетки с носками и платья поверх джинсов, а издания по всему миру плодили статьи о том, что такое скандинавский стиль. Дизайнеры трудились на его репутацию не меньше — благодаря звездам местной сцены Ganni, Cecilie Bahnsen, Rotate и не только в моду вошли романтичные рукава-буфы, цветная клетка и дофаминовый трикотаж. Наконец, именно Копенгаген некогда стал для индустрии нравственным оплотом: самая экологичная и инклюзивная неделя моды всегда проходила именно здесь. Однако теперь, когда жанр стритстайла вытеснили быстрые ролики с переодевалками, в моде примерно все и сразу, без главного направления, а в мире появились проблемы похлеще, чем неэтично добытая шерсть, скандинавская неделя моды несколько поблекла. К тому же — и это, пожалуй, главное — датские дизайнеры отчего-то стали оглядываться на европейских коллег. Поэтому несколько сезонов подряд мы были вынуждены наблюдать, например, фантазии на тему трусов Miu Miu.

By Malene Birger весна-лето 2027

Однако сезон весна-лето 2027, показы которого продолжаются до сих пор, имеет все шансы вернуть Копенгаген в модную повестку. На фоне последних шоу в Милане и Париже, безапелляционно объявивших о том, что настало время узких и суперузких вещей, скандинавские показы прозвучали довольно протестно. Достаточно взглянуть на коллекции By Malene Birger (его основательница Эмили Мартинсен-Кёнигсфельд, кстати, вернулась с показом после шести лет перерыва — и не зря), Institution, Studio Constance и Stine Goya — все они будто в пику коллегам предложили не убавлять, а добавлять себе объема. Нечего, мол, пособничать производителям похудательных уколов, как джинсы Dior, юбки Gucci и платья-майки Alaïa, — с этим и так справляются тающие на глазах Деми Мур, Ариана Гранде и компания.

Institution By Galib Gassanoff весна-лето 2027

Таким заявлением точно выглядели, например, кремовые удлиненные топы Мартинсен-Кёнигсфельд — с басками, иногда многослойными, всегда заметно выделяющими бедра. И атласные нежно-голубые платья Стин Гойи — с архитектурными складками, тоже придающими бедрам более округлый силуэт. Еще ярче эту часть тела выделил молодой и бойкий Галиб Гасанов, дизайнер Institution с грузино-азербайджанскими корнями: плащи он оснастил внушительными панье (вот он, ваш способ выделиться в бежевом тренче), а платья-халаты с веерообразными складками — объемными мягкими накладками. Крутыми бедрами обзавелись у Галиба даже мужские кардиганы — за счет ниспадающих по бокам многослойных рюшей.

Studio Constance весна-лето 2027

Дальше всех, впрочем, в этой теме зашла Ребекка Довенрюд Альмберг из Studio Constance. Дизайнер, прославившаяся в начале 2020-х отличными джинсами и пальто из овчины, показала платья из тонкого трикотажа, под которыми будто спрятали деформированные фижмы; а одно кружевное платье и вовсе опоясывало гигантское кожаное кольцо. Критик Vogue Runway Лэрд Боррелли-Перссон справедливо заметила, что коллекция, на которую Ребекку подтолкнули собственные изменения в теле (дизайнер беременна), едва ли можно назвать практичной. Но с ее тезисом, что коллекция «устаревшая», согласиться просто невозможно. 

В истории моды увеличение силуэта редко было самоцелью. Чаще оно становилось реакцией на время, требовавшее от женщин быть скромнее, экономнее, незаметнее, — взять хоть набивший оскомину New Look Кристиана Диора или знаменитую серию Body Meets Dress, Dress Meets Body Рэи Кавакубо. Ее платья с объемными накладками в неочевидных местах будто разрешили женщинам выглядеть «неидеально», пока бал правили Кейт Мосс и другие амбассадоры героинового шика. Вот и нынешние панье кажутся не столько заигрыванием с эпохой Марии-Антуанетты, сколько ответом на новые «стандарты красоты». Образы, в которых приходится занимать гораздо больше пространства, чем обычно, этой идее отлично противостоят. И пока вокруг худеют звезды и наши кошельки, объемная одежда — хоть какая-то компенсация.