Песнь сна и яви
ФОТО:
СТАС ЛЕВШИН, ЕКАТЕРИНА ХРИСТОВА
Птицы с картин Виктора Васнецова, «Раненый ангел» Хуго Симберга, свадебные ритуалы Древней Руси, электричка, растянутые худи, спортивные костюмы, «Весна священная», сыгранная на баяне, белая лошадь в «Крестах», сгорающая инсталляция Александры Гарт и «Вступление к чудесам» Римского-Корсакова... Самый загадочный кино- и театральный режиссер современности Роман Михайлов поставил в БДТ им. Г.А. Товстоногова спектакль «Утренний предшественник». Театровед Олеся Пушкина поговорила с режиссером и командой о том, как устроен спектакль и что все это значит.
«Утренний предшественник» (БДТ им. Г.А. Товстоногова),
реж. Роман Михайлов
Роман Михайлов поставил свой четвертый спектакль в БДТ и первый на основной сцене — философскую притчу об утреннем предшественнике, выдуманном персонаже, впервые появившемся в книге Михайлова «Антиравинагар» — трактате о человеческой памяти и ритуалах. Темный предшественник — оттуда же — перед рождением человека распределяет страхи. Утренний выдает впечатления, то, что будет вдохновлять человека всю жизнь. Но для спектакля важно не столько понимать концепты Михайлова, сколько быть готовыми погрузиться в сценическую дрему режиссера — состояние между снами и явью. «Едешь в электричке, задремал, видя мелькающие в окне деревья, и вот перед тобой — новый мир» — говорит Михайлов. «Утренний предшественник» — это и есть этот мир. Мир на грани сна и яви, где пространства множатся, растворяются друг в друге — реальность, театр, ритуал, литургия...
«В пять лет я сильно заболел гриппом. Рядом сидела бабушка и читала мне “Сказку о царе Салтане”. Интересно, что больше не помню моментов в жизни, когда она мне что-то читала. Помню треугольную люстру, помню, как в нее залетела мошка. Она билась о стекло, а по стенам от ее движений прыгали тени. У меня была температура под 40, а бабушка читала про все эти превращения: царь Салтан, князь Гвидон, который становится насекомым и летает туда сюда. Я вспоминаю друзей из двора, какие-то видения, ощущения, страх, смотрю на шторы, на них — тени от мошки кажутся гигантскими птицами. Это был самый настоящий театр. С тех пор “Сказка о царе Салтане” для меня звучит как тайный заговор. Или даже заговОр»
— так режиссер рассказывает о первом знакомстве с текстом Пушкина, который стал отправной точкой для «Утреннего предшественника». БДТ хотел поставить классику, Михайлов представил собственную композицию на классическую тему. «Сказка о царе Салтане» превратилась в постановку не столько текста Пушкина, сколько впечатлений от него, где ангелы, птицы и древнерусские обряды — свадьбы, погребения — сосуществуют с современным текстом, спортивными костюмами, электричкой и ее обитателями. Но все это только фон для разговора об искусстве не как о пространстве игры, а как о территории ритуала, с сакральными смыслами и значениями. Неудивительно, что в мире тотальной рационализации фигура Михайлова обретает очертания пророка, говорящего со зрителем не о разуме, а о чувствах.
Роман Михайлов на репетиции спекталя
«Утренний предшественник»,
реж. Роман Михайлов
«Театр для меня — это духовный путь. Это гораздо больше, чем язык. Театр не сводится к игре. Я не являюсь профессиональным театральным режиссером и никогда им не стану. Профессиональные режиссеры ставят спектакли в разных театрах. Интерпретируют Чехова, например. Я пишу свои тексты, проживаю их. Все, что вы видите на сцене, — это я, мой мир, мои страхи»
— говорит режиссер.
Что происходит на сцене?
Из темного зрительного зала к сцене идут трое — поющие девушки в длинных струящихся платьях — участники хора musicAeterna. За длинным столом во всю сцену — молодой человек и девушка — главные герои, один из которых — альтер эго самого режиссера. К ним с двух сторон выходят другие участники спектакля и молча встают у стола. С потолка, который в этой постановке так и хочется назвать «небо», идет снег. За спинами сидящих — три высоких вертикальных экрана с видео той самой дрёмы из электрички с проносящимся стертым пейзажем за окном. По зрительским проходам снова идут девушки — в белых легких платьях — ангелы. Начало спектакля как начало таинства, обряда, который будет вершиться на глазах у зрителей.
«Утренний предшественник»,
реж. Роман Михайлов
«Длинный стол — это часть традиционного свадебного ритуала, а снег — это наш контекст. В спектакле есть несколько оммажей "Танцу«Анри Матисса и «Раненому ангелу» Хуго Симберга. В костюмах поющих птиц присутствует попытка передать сказочный мир Васнецова»
— рассказывает художник Елена Митрофанова, с которой Михайлов познакомился случайно. Она прислала письмо на электронную почту с предложением поработать вместе в тот самый момент, когда Михайлов говорил с режиссером Андреем Могучим о постановке для БДТ. Роман решил, что окружающее пространство, как большое энергетическое поле, само стало создавать «Утреннего предшественника».
«Утренний предшественник»,
реж. Роман Михайлов
«Возвращаясь домой после репетиции, мы увидели двух бродяг с тележкой из супермаркета. Они пели песни и танцевали, зарабатывая на корм животным. Они стали прототипами двух персонажей, которых мы прозвали Белка и Горемыка. Вообще было ощущение, что Роман придумывает свой театральный метод. Он не был похож на те работы, которые я раньше видел в других театрах. Роман часто говорил, что спектакль рождает сам себя, что-то в нем остается и приживается, чему-то нужно время вызреть, а что-то уходит из повествования. Как будто бы создавалось магическое поле, куда можно было вбрасывать идеи и смотреть, как это поле среагирует»
— вспоминает Сергей Рябов — художник, работающий в паре с Еленой над этим спектаклем.
«Утренний предшественник»,
реж. Роман Михайлов
«Утренний предшественник»,
реж. Роман Михайлов
Есть ли в спектакле сюжет?
И да, и нет. И не сюжет здесь важен. Есть главный герой — его играет Геннадий Блинов. Актер напрямую обращается в зрительный зал, рассказывая о своей жизни, воображая, что среди тех, кто сидит в темноте, — его друг Дима. Есть три девицы — у Пушкина сидящие «под окном» и рассказывающие друг другу о сокровенных мечтах («Кабы я была царицей...»), — у Михайлова они едут в электричке и говорят о своих воспоминаниях и снах: о папе, который скучает по утонувшей маме; о дедушке, погибшем на рыбалке, — людях, отдавших себя воде. А в это время на огромных экранах на заднике сцены — белая лошадь заходит в опустевшие, обшарпанные стены бывшей тюрьмы «Кресты». Или — пылает огонь, уничтожающий инсталляцию «Постоянство веселья и грязи» Александры Гарт, художника года по версии Cosmoscow 2024. Девушка не захотела продавать свое искусство и предала его огню, а съемочная группа Романа сняла эту акцию на видео. Образы искусства, а заодно жизни, смерти, любви, их мимолетности, случайности и невозможности логичного объяснения этих понятий множатся и растворяются так, как будто и не было разговора на эту тему. Появилось и тут же исчезло, не дав себя осознать.
Геннадий Блинов в спектакле «Утренний предшественник»
«Изображение в спектакле для меня — это не только видео на экранах, но вся визуальность, создаваемая светом на сцене, включая зрительный зал. Мы вместе с Костей Удовиченко, художником по свету, выставляли свет для каждой сцены, как я обычно ставлю свет в кино, отталкиваясь от концепции тенебризма. Триптих из экранов появился почти в самом начале, а вслед за ним и зеркальный складень-триптих справа на сцене. Важно не только то, что экрана три, но и то, что они вертикальные и черные. Генеалогия вертикального формата восходит к Средневековью, и в то же время мы все привыкли к вертикальным экранам айфонов»
— говорит постоянный соавтор Михайлова, оператор и видеохудожник Алексей Родионов.
Репетиция спектакля «Утренний предшественник»
→
«Идея троичности очень важна для этого спектакля, — подхватывает композитор Олег Гудачев. — В музыке нам очень хотелось добиться глубины, многослойности — и смысловой, и акустической. В итоге в спектакле множество слоев звучания: четыре поющих ангела, птичка-баянист, музыка электричек, пение бродячего артиста, разная электронная музыка, две прямые цитаты из Римского-Корсакова и музыкальный импровизационный антракт. Вокальный ансамбль из musicAeterna, наши “три девицы под окном”, вернее отражение девиц в этом окне. Их пение пронизывает спектакль, но особенно выделяются три песни на стихи Константина Бальмонта. Рома описал эти сцены так: “Вспышки — это яркие сцены, заполненные пением. Возможно, нужны три такие сцены, три песни, три коротких фильма. Как глубокий вдох и задержка дыхания — головой в воду с открытыми глазами”».
«Утренний предшественник»,
реж. Роман Михайлов
«Утренний предшественник»,
реж. Роман Михайлов
Зачем все это?
На этот вопрос Роман Михайлов отвечает так: «Мы ищем спасения. Как и все люди».
