Ромео и Джульетта в зоопарке

ФОТО:
АРХИВЫ ПРЕСС-СЛУЖБ

Ноябрь в российских театрах выглядит месяцем удивительных метаморфоз: оперная Верона превратится в туристический аттракцион, в петербургском театре сыграют Чехова на 15 сантиметрах, в московском Театре.doc право голоса получит коммунальная техника, а в Театре Труда о любви заговорит циркулярная пила.

«Чародейка»

1 ноября

«Урал Опера Балет», Екатеринбург

В «Урал Опере» возвращают «Чародейку» Петра Чайковского, впервые показанную на этой сцене в 1913-м, через год после открытия театра, который назвали тогда Новым городским. Вторая постановка — уже в Екатеринбургском государственном театре оперы и балета — состоялась в 1954-м, но в следующем десятилетии «Чародейка» исчезла из репертуара. К третьему прочтению оперы театр снова успел сменить название, так что каждый спектакль — символическая смена эпох.

В основу оперы легло «нижегородское предание», переработанное драматургом Ипполитом Шпажинским. В центре истории — Настасья, которую называют Чародейкой за способность притягивать людей. Действие происходит в Нижнем Новгороде XVI века на месте слияния Волги и Оки, и в современной постановке именно этот сеттинг определяет образность и движение сюжета: сценограф Юлиана Лайкова, сочинившая эффектные декорации для «Сказок Перро» и «Каменного цветка», с помощью множества лодок выстраивает «пространство, вышедшее из берегов», — подобно человеческим страстям в «истории русской Кармен», как называл «Чародейку» композитор. Режиссер спектакля Надежда Столбова говорит, что «в опере герои, сталкиваясь друг с другом, вскрывают конфликт внутри себя — со всей свободой, своим выбором, стремлениями и гордыней. Все эти человеческие страсти пробуждают в финале водную стихию». А музыкальной стихией будут управлять дирижер-постановщик Константин Чудовский и дирижер Максим Козлов.

Отдельная интрига премьеры — то, что заглавную партию репетируют три певицы, и у каждой из них свое видение Чародейки. «Моя героиня живет, как велит ей сердце, — говорит сопрано Елена Павлова. — По своему социальному положению Настасья — чернавка, то есть женщина из низшего слоя общества. При этом она ведет себя и общается со всеми, даже с князем, на равных». Для сопрано Ольги Стародубовой важно, что Настасья полна красоты: «Но я хочу раскрыть героиню не только как роковую красавицу, которая подчиняет мужчин, но и как живую, искреннюю женщину». А сопрано Виктория Шевченко рассказывает, что войти в роль ей помогло размышление о возможном прошлом героини: «Я предполагаю, что жизнь Настасьи до событий, с которых начинается опера, была непростой. Возможно, ее рано выдали замуж, муж был к ней жесток. Поэтому, когда она стала вдовой и унаследовала все хозяйство, у нее началась новая глава жизни — та, в которой она устроила все так, как ей удобно». Похоже, что настоящим опероманам придется смотреть новую «Чародейку» как минимум трижды.

«Тачки»

«Академия смеха»

3 ноября

7, 8 ноября

Театр.doc, Москва

Арт-платформа в Новом Манеже, Москва

В вегетарианские годы, а конкретно в 2014-м, в спектакле «Пьяные» по пьесе Ивана Вырыпаева нецензурные слова заменяли эвфемизмами вроде «понаобманывают»: тогда подобного рода обороты вызывали шквал мемов. С тех пор прошло много времени, ситуация перестала быть смешной. Об этом и поставил свой спектакль на площадке «Арт-платформа» в Новом Манеже Алексей Золотовицкий по комедии современного японского драматурга Коки Митани. Тот, кстати, ставил в Японии Чехова и впервые перенес место действия традиционного театра кабуки в Россию, что стало нонсенсом для японской публики. Российскому зрителю, в свою очередь, знакома «Академия смеха» — в совсем уже далеком начале нулевых ее поставил в Театре им. Пушкина Роман Козак и сам выходил на сцену в паре с популярным шоуменом Николаем Фоменко, в котором москвичи тогда впервые увидели большого драматического актера.

Главный конфликт пьесы — в противостоянии Автора и Цензора, которым надо решить, может ли театральное произведение существовать, если его главная задача — смешить зрителя, что в условиях суровых ограничений весьма проблематично. Оптимистическое послание Коки Митани в том, что даже цензор может заразиться азартом авторства — и это же создает комические ситуации там, где, казалось бы, места для смеха уже не осталось.

Задавались вопросом, зачем поливальные машины ездят по улицам в дождь? Надоел шумный мусоровоз с утра? Не дождались пухососов? Пока вы стоите в пробке из-за уборочной техники, у ее водителей тоже есть претензии к городу. В Театре.doc покажут документальный спектакль «Тачки» — режиссерский дебют художника и мультимедиа-дизайнера Алексея Рюмина. Постановка выросла из лаборатории «Играем в Угарова», посвященной методам драматурга и режиссера Михаила Угарова, одного из основателей Театра.doc и пионеров российского документального театра. В 2025 году проект Рюмина единодушно признали победителем лаборатории. Он написал пьесу по интервью с водителями уборочной техники.

Как и в «Пилораме+», о которой мы еще скажем, голос дадут машинам спецтехники. В мультфильме Pixar «Тачки» машины умеют говорить, дружить и спорить. В спектакле Театра.doc они тоже заговорят — у них нашлось что обсудить: московскую жару, благоустройство, бесконечную уборку и то, каково это — поддерживать город в порядке, оставаясь невидимыми и раздражающими. Вдохновившись мультфильмом Джона Лассетера, Рюмин придумал костюмы-тантамарески, внутри которых актеры почти полностью скрыты от зрителей. Так на сцене появятся антропоморфные поливальные машины, мусоровозы и другая коммунальная техника.

Momento

13, 14 ноября

«Электротеатр Станиславский», Москва

Фото: Алексей Шабанов

Танцевальный спектакль, сделанный для фестиваля Context. Diana Vishneva израильским хореографом Чен Агрон и зацепившийся за сцену «Электротеатра»: фестиваль прошел, спектакль остается. 

В центре работы — противоречие, знакомое не только танцовщикам: желание принадлежать к коллективу и одновременно оставаться собой. Momento рассматривает напряжение между этими двумя состояниями. Насколько далеко человек готов зайти в подчинении общему ритму и что происходит, когда собственные импульсы начинают ему сопротивляться? Агрон предлагает рассмотреть этот конфликт не через характеры и словесные объяснения, а через движение. Труппа становится моделью сообщества, в котором артисты учатся слышать друг друга и действовать как единое целое. Но чтобы стать частью группы, иногда приходится отказываться от собственных привычек и желаний; индивидуальность же проявляется именно в личном, инстинктивном, не всегда совпадающем с действиями остальных. Хореограф исследует момент, когда эти два состояния сталкиваются: можно ли двигаться вместе с другими, не теряя собственного направления? 

Агрон работала в Batsheva Dance Company под руководством Охада Наарина, одного из главных новаторов современного танца, и преподает гагу — разработанную Наарином практику движения, основанную на исследовании телесных ощущений. В Momento этот интерес к телу становится способом поговорить о свободе, которая начинается не с ухода из коллектива, а с умения оставаться собой внутри него. Но вообще не так важно, о чем эта конкретная работа: если вы хоть немного интересуетесь современным танцем, то никак не можете пропустить этот спектакль.

«Что случилось в зоопарке»

«Чехов. Мировая душа»

13, 14 ноября

17 ноября

Театр «Блоха», Санкт-Петербург

МДТ — Театр Европы, Санкт-Петербург

Петербургский театр «Блоха» расположен в самом блошином районе Петербурга — Пески. Он занимает пространство в 9 квадратных метров (включая сцену) и играет спектакли для 6 зрителей. Казалось бы, куда меньше — но у них появилась камерная сцена, которую устроили в нише в стене. Спектакль Максима Максимова «Чехов. Мировая душа» располагается на 15 сантиметрах, его могут посмотреть трое зрителей, которым даже выдадут бинокли. Режиссер обратился к личности Антона Павловича Чехова, поставив в столь скромном пространстве балет и оперу, которые обычно предполагают иные масштабы. При этом все привычные театральные атрибуты — красные кулисы, либретто — сохранены. Дату премьеры, которая состоялась 17 октября, выбрали не случайно: в 1896 году в тот же осенний день в Александринке прошел первый показ «Чайки», с которой Чехов сбежал, не дожидаясь конца, в ужасе от провала.

Называть какие-то дыры театральными сценами или произведениями искусства — традиция, укорененная в Петербурге: в 1982 году дырка в экспозиционном стенде на выставке Товарищества экспериментального изобразительного искусства была признана «Ноль объектом» художниками Тимуром Новиковым и Иваном Сотниковым. Это произведение до сих пор будоражит исследователей. Тем интереснее увидеть самую крошечную театральную сцену с балетом и оперой — какие они будут и не блохи ли будут петь и плясать, неизвестно.

На Камерной сцене Малого драматического театра покажут дебютную постановку Семена Козлова, участника «Молодой студии» Льва Додина — выпускников курса РГИСИ, набранного мэтром в 2021 году после 14-летнего перерыва. Возможно, имена молодых артистов вам еще предстоит узнать, а вот их старших коллег — учеников Додина Данилу Козловского и Елизавету Боярскую — вы наверняка знаете. Для дебюта Козлов выбрал одну из самых известных пьес Эдварда Олби, которого принято называть представителем американского театра абсурда. Хотя ничего такого уж абсурдного в этой одноактной истории, написанной в 1958 году, в общем-то, не происходит.

В Центральном парке Нью-Йорка встречаются два незнакомца. Благополучный издатель и примерный семьянин Питер просто отдыхает на скамейке, когда его начинает донимать Джерри, представляющий явно более низкую социальную страту. Начав разговор с загадочного рассказа о посещении зоопарка, он постепенно раскрывает перед случайным собеседником историю своей жизни — одиночества, неудач и невозможности найти общий язык с окружающими. И при этом все более агрессивно провоцирует Питера защищать свою «собственность» — скамейку в парке, под конец буквально с оружием в руках, которое сам же и дает собеседнику. Это примерно такой же спойлер, как напоминание о том, что в пьесе Островского «Гроза» героиня в финале бросается с обрыва, поэтому интрига здесь в новом переводе Натальи Треневой, которая постаралась максимально приблизить диалоги Олби к современности, сохранив их драматургическую остроту. А для МДТ Олби не столько классик, сколько новый автор — тут его прежде не ставили.

«Пилорама+»

25 ноября

Театр Труда, Москва

Фото: Татьяна Кондратьева

Саня осторожно подбирается к столярке (он прятался за забором), заходит с тыльной стороны, забирается на окно, выдавливает форточку, опускает шпингалет и проникает внутрь. Не зажигая свет, подходит к рейсмусу, включает питание. В темном цеху загорается зеленая лампочка станка. Саня садится рядом. Достает из-за пазухи чекушку.

РЕЙСМУС: Ну что, бродяга, как сам-то?

САНЯ: Устал я. Уеду я отсюда.

Театр Труда — первый независимый театр в России, исследующий, по собственному определению, «границы производственной драмы». Что это значит? Ну вот, например, в пьесе Натальи Милантьевой 2017 года «Пилорама+» со столяром разговаривают о жизни его инструменты — циркулярная пила, фрезер, крупногабаритный станок для грубой обработки древесины Рейсмус и токарный станок Михалыч. Директор Театра Труда Павел Батуев, для которого спектакль стал режиссерским дебютом, определяет его жанр как психологический триллер. Постановщика интересует устройство пьесы Милантьевой: посреди текста неодушевленные предметы задают вопросы вроде «Что происходит с любовью, когда ей некуда прийти?», которые окончательно ломают границы жанра.

«Три мушкетера, или Подвески королевы»

«Ромео и Джульетта»

5, 25 ноября

27, 28, 29 ноября

Театр имени В.Ф. Комиссаржевской, Санкт-Петербург

МАМТ, Москва

«Тысяча чертей!» — и даже голос Михаила Боярского (отец и дядя актера служили в Театре Комиссаржевской) вы услышите, правда, в записи. «Три мушкетера, или Подвески королевы» по мотивам романа Александра Дюма в постановке Романа Габриа привычно переносят зрителей в Париж эпохи Людовика XIII, где придворная жизнь превращается в череду интриг, опасных союзов и политических игр. Однако в центре внимания нового спектакля оказывается не только приключенческая история д’Артаньяна и его друзей, но и драма королевы Анны Австрийской. История драгоценных подвесок становится испытанием для королевского брака и втягивает двор в опасную игру, где личные чувства переплетаются с политическими интересами. Спектакль обращается к пантомиме, итальянской комедии и площадному театру: шумные потасовки и фарсовые сцены сменяются драматическими моментами, а королевский шут становится частью придворного балагана, в котором смех соседствует с жестокостью.

«Cпектакль представляется мне каким-то огромным существом, смешным и страшным, в пространстве, полном воздуха и многофигурных мизансцен. Мерцающим в отражении бриллиантовой подвески светом и тревожно разыгрывающимися скрипками, — говорит Роман Габриа. — Театр им. В.Ф. Комиссаржевской — театр актерский, требующий внимания к разработке рисунка ролей. Поэтому актер — наше главное средство сценической выразительности». Заняли в постановке, кстати, практически всю труппу.

Опера Гуно впервые прозвучала в Париже в 1867 году и стала одним из самых известных музыкальных воплощений трагедии Шекспира. Ее главная особенность — четыре больших дуэта Ромео и Джульетты, которые сопровождают отношения героев от первой встречи до последнего прощания. Причем финал у Гуно отличается от шекспировского: Джульетта просыпается, пока Ромео жив, и у влюбленных остается время на последнее объяснение.

МАМТ впервые ставит эту французскую оперную версию шекспировской трагедии. Режиссер Алексей Смирнов, студент художественного руководителя театра Александра Тителя, и дирижер Тимур Зангиев решили поместить действие в современную Верону, где трагедия давно превратилась в туристический аттракцион. Сюда приезжают фотографироваться у памятников героям, оставляют записки Джульетте и покупают сувениры с ее изображением. За всем этим давно невозможно увидеть трагедию молодых людей, влюбившихся впервые в жизни. Сценограф Анвар Гумаров соединяет архитектуру старой Вероны с декорациями туристического города, а художник по костюмам Мария Лукка использует силуэты эпохи Возрождения и принты по мотивам итальянской живописи XV века. В результате герои оказываются внутри собственного культа. Партию Джульетты репетируют Лилия Гайсина, Елизавета Пахомова и Карина Ховалыг, Ромео — Чингис Аюшеев, Михаил Басенко и Владимир Дмитрук. У каждого состава будет своя история любви, хотя финал у нее, как и положено оперной трагедии, известен заранее.

Новая опера переживаний «Жизнь»

29, 30 ноября

Театр Труда, Москва

Анна Домке, «Лебедь». Фото: Иван Мохнаткин

Современная история Театра Наций началась в 2006 году, когда художественным руководителем стал Евгений Миронов. Что немаловажно, театр работает без постоянной труппы: каждый раз исполнителей и творческую команду собирают под конкретный спектакль. Так что юбилей, обычно торжественное событие, не может быть сведен к определенному кругу лиц, и в Театре Наций его отмечают концептуальным проектом. Это спектакль Александра Шумилина, в основе которого — подлинные истории, личный опыт и размышления людей, среди которых сам Миронов, режиссеры Валерий Фокин, Робер Лепаж, Дин Итэн, артисты Алиса Фрейндлих, Авангард Леонтьев, Александра Урсуляк, Юлия Пересильд, Игорь Гордин, а также сотрудники и зрители театра. Для режиссера проект связан и с личной историей — десять лет назад посещение спектакля в Театре Наций стало для него поворотным моментом, изменившим представление о профессии и возможностях современного театра. Что бы из этого замысла ни сложилось в итоге, сама по себе попытка сделать круглую дату поводом для рефлексии — знак здоровой театральной жизни.