У Рокки истории
В прокат выходит картина Питера Фаррелли «Рокки — это я», рассказывающая о трудном рождении фильма, который сделал знаменитым Сильвестра Сталлоне и отмечает в этом году 50-летний юбилей. Режиссер «Рокки» Джон Эвилдсен у Фаррелли несколько раз повторяет фразу: «Это фильм не о боксе, это фильм о человеке». Олег Зинцов увидел скорее историю о маркетинге, хотя авторы вряд ли закладывали в нее такой смысл.
Фото:
GETTY IMAGES, LEGION-MEDIA, АРХИВЫ ПРЕСС-СЛУЖБ
28 ОКТЯБРЯ 2026
Текст: Олег Зинцов

«Рокки — это я» — вариация любимой сказки Голливуда о Золушке. Как и оригинальный «Рокки», ставший самым кассовым американским фильмом 1976 года и получивший три «Оскара», включая главный. Сталлоне сочинил историю о боксере-неудачнике, который неожиданно получает шанс выйти на ринг с чемпионом, вкладывает в подготовку к бою все силы и выдерживает его до конца. Фаррелли пересказал легенду о неудачнике-актере, написавшем хитовый сценарий и отказавшемся продать его продюсерам, если не получит главную роль. 50 лет спустя не так уж важно, где в этом сюжете факты, а где байки. Интереснее, как Голливуд повторно продает мечту не только об успехе, но и о том, как стать самим собой. Курс личностного роста в максимально удобном формате.
Пересматривая «Рокки» сегодня, цепляешься не столько за историю, сколько за атмосферу. Это кино эпохи «Нового Голливуда», авторское, малобюджетное и потому изобретательное. Превращающее вынужденную экономию в художественный прием, как в знаковой сцене на катке, где планировалась массовка, но на нее не хватило денег, поэтому Рокки и его возлюбленная Адриена оказываются там вдвоем, не считая смотрителя. И даже неумение актрисы Талии Шайр стоять на коньках выглядит трогательным воплощением мечты героини: всегда хотелось покататься, но не могла себе позволить, а рыцарь с кулаками сделал ей этот маленький, но ценный подарок. Вот такие виньетки и собирает бережно Питер Фаррелли, чтобы упаковать в красивый сентиментальный альбом. Известно, например, что Сталлоне в «Рокки», готовясь к бою, бегает с собственным бульмастифом, но душераздирающая сцена в картине Фаррелли, в которой Слай от безденежья продает пса случайному прохожему за $40 (а потом, поднявшись, выкупает обратно за $1000), — уже скорее часть мифа, сложившегося вокруг фильма. Или мема, в который сегодня мутирует миф: вот такая цена, собачка.
Тупой и еще добрее
Забавно, что сам Питер Фаррелли идет, напротив, от гэга к мифу: в 1990-х он при поддержке младшего брата Бобби заработал репутацию главного голливудского охальника — комедии «Тупой и еще тупее» и «Все без ума от Мэри» до сих пор мало кто переплюнул по части непристойного юмора. Но «Оскар» за лучший фильм получила в 2019 году снятая Питером «Зеленая книга» — доброе рождественское кино без единой скабрезности. Растолстевший Вигго Мортенсен играл там вышибалу-итальянца Тони Валлелонгу, которого в 1962-м нанял личным водителем джазовый пианист Дон Ширли (Махершала Али, «Оскар» и «Золотой глобус» за лучшую мужскую роль второго плана). Ширли был темнокожим, а ехать предстояло в тур по южным штатам, поэтому Тони приходилось не только водить «Линкольн», но и разруливать неприятные ситуации с полицейскими и посетителями баров. Получилось традиционное бадди-муви, в котором два попутчика, не схожих ни в чем (белый и черный, простак и эстет, семьянин и одиночка), постепенно сближаются и в итоге становятся друзьями (история реальная, финальные титры сообщают, что герои дружили долго и умерли в один год). «Рокки — это я» продолжает ту же гуманистическую линию, но теперь при оглядке на ранние фильмы Фаррелли можно не без удивления обнаружить, что вообще-то она была и там. Он всегда снимал кино о неудачниках, социально неловких типах, не понимавших, как себя вести и как себя выразить. Молодой Сталлоне в «Рокки — это я» — прямой наследник этих лучезарных идиотов.
Соцреализм по-голливудски
Непосредственность ломает шаблоны. Поэтому опытные продюсеры Ирвин Уинклер и Роберт Чартофф (П. Дж. Бирн и Тоби Кеббелл) в итоге сдаются перед иррациональным, на индустриальный взгляд, требованием начинающего сценариста исполнить главную роль, хотя ему предлагают все более баснословный гонорар просто за рукопись, а героя пусть сыграет какая-нибудь звезда, Берт Рейнольдс или Роберт Редфорд. Это, кстати, самый шаткий момент не столько фильма, сколько легенды: в сценарии «Рокки» не было ничего уникального (как, например, в написанном тогда же «Таксисте» Пола Шредера), Сталлоне выдал крепкую коммерческую заявку, не более того. Но студия United Artists во что бы то ни стало хочет купить эту историю (по фильму Фаррелли, кажется, лишь затем, чтобы досадить конкурентам из Paramount, по иронии теперь прокатывающей на своем стриминге всю франшизу). Это, в сущности, та же логика сказки, в которой молодой Сталлоне спит на улице, подбирает там щенка, а потом устраивается билетером в кинотеатр и влюбляется в кассиршу Сашу (Аннасофия Робб), которая становится ему идеальной женой. Парадокс фильма Фаррелли в том, что он пытается выдать за реальность ходячие архетипы, но именно это и заставляет зрителей реагировать так эмоционально (на московской премьере в «Октябре» зал то и дело взрывался смехом или аплодисментами). Сочувствовать не тому, что было, а тому, что должно быть.
Хочется вспомнить формулу конфликта в соцреализме — «борьба хорошего с лучшим». Знаете, на что обижается беременная Саша, узнав, что Сильвестр отказался от суммы, на которую они могли бы купить дом, уговаривая ее при этом взять на работе три смены вместо двух? (А она еще и печатает его написанный куриной лапой сценарий, не говоря о домашнем хозяйстве.) Не на то, что ты, сволочь, денег домой не принес. А на то, что не посоветовался, как будто не знаешь, что я всегда на твоей стороне и приму любое твое решение. Но это частность, а в целом сценарию Питера Гэмбла очень не хватает антагониста, каким в «Рокки» был чемпион Аполло Крид. Есть босс United Artists Сэнди Мэддокс (Трейси Леттс), который не дает продюсерам денег, но это довольно слабое противостояние. Есть отец Сильвестра (Мэтт Диллон), который не верит в сына, но их отношения тоже скорее пунктирная линия, тусклый отпечаток той, что была между Рокки и его тренером. Бывает, конечно, что герой сам себе антагонист, но тут приходится признать, что Слай у Гэмбла и Фаррелли явно не Гамлет.
А черепашки где?
Очевидно, что «Рокки — это я» станет радостью для поклонников Сталлоне, которого Фаррелли пытается не то чтобы прямо вписать в команду звезд «Нового Голливуда» (Скорсезе, Коппола, Кубрик, Олтмен, Богданович), но прислонить где-то неподалеку самим фактом внимания к истории фильма, при всех регалиях не стоявшего рядом с «Бешеным быком», который действительно сломал канон спортивной драмы. Но фильм Фаррелли должен понравиться и любителям ностальгических стилизаций (художники и оператор Шон Портер создают уютные, «ламповые» 1970-е: «злых улиц» там нет, только добрые), и тем, кто ценит жанр «кино о кино». При всей прямолинейности и сентиментальности в картине много подробностей рабочего процесса, всего того волшебства, из которого в итоге складывается успешный фильм. Только что изобретенная технология стабилизации ручной камеры «стедикам», позволившая дешево и круто снять и ринг, и уличные сцены («Рокки» действительно был одним из первых фильмов, в которых использовалось это ноу-хау оператора Гаррета Брауна). Случайно брошенный апельсин при пробежке Сталлоне по рынку. Непредсказуемость рождения сцены, которая зацепит всех. Наконец, там роскошный актер в главной роли — Энтони Ипполито в каких-то ракурсах похож на молодого Сталлоне до неразличимости. При помощи оператора удается даже воспроизвести характерную асимметрию лица Слая, но важнее, как Ипполито копирует его манеру, вот эту томную ленцу, таящую взрыв, которая и стала trade mark Сильвестра Сталлоне. Ипполито уже сыграл Аль Пачино в сериале о производстве «Крестного отца», осталось перевоплотиться в Роберта Де Ниро на съемках «Таксиста», и главные итало-американские актеры в истории мирового кино будут охвачены.
О чем не говорит фильм «Рокки — это я», так это о том, что подробности создания «Рокки» еще до премьеры стали частью маркетинговой стратегии, и настоящее новаторство было именно в этом. Зрителям продавали не только историю, которая рассказывалась на экране, но и специфику производства. United Artists организовала масштабную PR-кампанию, обеспечив публикации в популярных журналах. Центральным элементом этой кампании была легенда о том, как Сталлоне отказался продавать сценарий за большие деньги, если ему не дадут главную роль. Теперь именно эта версия событий стала основой фильма. И она продолжает работать, на этот раз подкрепленная множеством других фан-фактов разной степени достоверности, из которых Гэмбл и Фаррелли собирали свою картину. Непонятно только, почему они забыли про двух черепах, которых Слай взял из зоомагазина, где по сюжету «Рокки» работала его возлюбленная. Их звали Кафф и Линк, они жили у Сталлоне долго и счастливо, а возможно, живы и до сих пор.

«Рокки — это я», 2026
«Рокки», 1976
«Рокки — это я», 2026



«Зеленая книга», 2019



← ↑ «Рокки», 1976



«Тупой и еще тупее», 1994
«Все без ума от Мэри», 1996

«Рокки — это я», 2026

«Рокки», 1976






«Рокки — это я», 2026
«Рокки — это я», 2026
«Рокки — это я», 2026
«Рокки», 1976
Съемки фильма «Рокки — это я», 2026
«Рокки — это я», 2026
Съемки фильма «Рокки — это я», 2026
28 ОКТЯБРЯ 2026
У Рокки истории
Фото:
GETTY IMAGES, LEGION-MEDIA, АРХИВЫ ПРЕСС-СЛУЖБ
В прокат выходит картина Питера Фаррелли «Рокки — это я», рассказывающая о трудном рождении фильма, который сделал знаменитым Сильвестра Сталлоне и отмечает в этом году 50-летний юбилей. Режиссер «Рокки» Джон Эвилдсен у Фаррелли несколько раз повторяет фразу: «Это фильм не о боксе, это фильм о человеке». Олег Зинцов увидел скорее историю о маркетинге, хотя авторы вряд ли закладывали в нее такой смысл.
Текст: Олег Зинцов

«Рокки — это я» — вариация любимой сказки Голливуда о Золушке. Как и оригинальный «Рокки», ставший самым кассовым американским фильмом 1976 года и получивший три «Оскара», включая главный. Сталлоне сочинил историю о боксере-неудачнике, который неожиданно получает шанс выйти на ринг с чемпионом, вкладывает в подготовку к бою все силы и выдерживает его до конца. Фаррелли пересказал легенду о неудачнике-актере, написавшем хитовый сценарий и отказавшемся продать его продюсерам, если не получит главную роль. 50 лет спустя не так уж важно, где в этом сюжете факты, а где байки. Интереснее, как Голливуд повторно продает мечту не только об успехе, но и о том, как стать самим собой. Курс личностного роста в максимально удобном формате.
Пересматривая «Рокки» сегодня, цепляешься не столько за историю, сколько за атмосферу. Это кино эпохи «Нового Голливуда», авторское, малобюджетное и потому изобретательное. Превращающее вынужденную экономию в художественный прием, как в знаковой сцене на катке, где планировалась массовка, но на нее не хватило денег, поэтому Рокки и его возлюбленная Адриена оказываются там вдвоем, не считая смотрителя. И даже неумение актрисы Талии Шайр стоять на коньках выглядит трогательным воплощением мечты героини: всегда хотелось покататься, но не могла себе позволить, а рыцарь с кулаками сделал ей этот маленький, но ценный подарок. Вот такие виньетки и собирает бережно Питер Фаррелли, чтобы упаковать в красивый сентиментальный альбом. Известно, например, что Сталлоне в «Рокки», готовясь к бою, бегает с собственным бульмастифом, но душеразди-рающая сцена в картине Фаррелли, в которой Слай от безденежья продает пса случайному прохожему за $40 (а потом, поднявшись, выкупает обратно за $1000), — уже скорее часть мифа, сложившегося вокруг фильма. Или мема, в который сегодня мутирует миф: вот такая цена, собачка.
Тупой и еще добрее
Забавно, что сам Питер Фаррелли идет, напротив, от гэга к мифу: в 1990-х он при поддержке младшего брата Бобби заработал репутацию главного голливудского охальника — комедии «Тупой и еще тупее» и «Все без ума от Мэри» до сих пор мало кто переплюнул по части непристойного юмора. Но «Оскар» за лучший фильм получила в 2019 году снятая Питером «Зеленая книга» — доброе рождественское кино без единой скабрезности. Растолстевший Вигго Мортенсен играл там вышибалу-итальянца Тони Валлелонгу, которого в 1962-м нанял личным водителем джазовый пианист Дон Ширли (Махершала Али, «Оскар» и «Золотой глобус» за лучшую мужскую роль второго плана). Ширли был темнокожим, а ехать предстояло в тур по южным штатам, поэтому Тони приходилось не только водить «Линкольн», но и разруливать неприятные ситуации с полицейскими и посетителями баров. Получилось традиционное бадди-муви, в котором два попутчика, не схожих ни в чем (белый и черный, простак и эстет, семьянин и одиночка), постепенно сближаются и в итоге становятся друзьями (история реальная, финальные титры сообщают, что герои дружили долго и умерли в один год). «Рокки — это я» продолжает ту же гуманистическую линию, но теперь при оглядке на ранние фильмы Фаррелли можно не без удивления обнаружить, что вообще-то она была и там. Он всегда снимал кино о неудачниках, социально неловких типах, не понимавших, как себя вести и как себя выразить. Молодой Сталлоне в «Рокки — это я» — прямой наследник этих лучезарных идиотов.
Соцреализм по-голливудски
Непосредственность ломает шаблоны. Поэтому опытные продюсеры Ирвин Уинклер и Роберт Чартофф (П. Дж. Бирн и Тоби Кеббелл) в итоге сдаются перед иррациональным, на индустриальный взгляд, требованием начинающего сценариста исполнить главную роль, хотя ему предлагают все более баснословный гонорар просто за рукопись, а героя пусть сыграет какая-нибудь звезда, Берт Рейнольдс или Роберт Редфорд. Это, кстати, самый шаткий момент не столько фильма, сколько легенды: в сценарии «Рокки» не было ничего уникального (как, например, в написанном тогда же «Таксисте» Пола Шредера), Сталлоне выдал крепкую коммерческую заявку, не более того. Но студия United Artists во что бы то ни стало хочет купить эту историю (по фильму Фаррелли, кажется, лишь затем, чтобы досадить конкурентам из Paramount, по иронии теперь прокатывающей на своем стриминге всю франшизу). Это, в сущности, та же логика сказки, в которой молодой Сталлоне спит на улице, подбирает там щенка, а потом устраивается билетером в кинотеатр и влюбляется в кассиршу Сашу (Аннасофия Робб), которая становится ему идеальной женой. Парадокс фильма Фаррелли в том, что он пытается выдать за реальность ходячие архетипы, но именно это и заставляет зрителей реагировать так эмоционально (на московской премьере в «Октябре» зал то и дело взрывался смехом или аплодисментами). Сочувствовать не тому, что было, а тому, что должно быть.
Хочется вспомнить формулу конфликта в соцреализме — «борьба хорошего с лучшим». Знаете, на что обижается беременная Саша, узнав, что Сильвестр отказался от суммы, на которую они могли бы купить дом, уговаривая ее при этом взять на работе три смены вместо двух? (А она еще и печатает его написанный куриной лапой сценарий, не говоря о домашнем хозяйстве.) Не на то, что ты, сволочь, денег домой не принес. А на то, что не посоветовался, как будто не знаешь, что я всегда на твоей стороне и приму любое твое решение. Но это частность, а в целом сценарию Питера Гэмбла очень не хватает антагониста, каким в «Рокки» был чемпион Аполло Крид. Есть босс United Artists Сэнди Мэддокс (Трейси Леттс), который не дает продюсерам денег, но это довольно слабое противостояние. Есть отец Сильвестра (Мэтт Диллон), который не верит в сына, но их отношения тоже скорее пунктирная линия, тусклый отпечаток той, что была между Рокки и его тренером. Бывает, конечно, что герой сам себе антагонист, но тут приходится признать, что Слай у Гэмбла и Фаррелли явно не Гамлет.

«Рокки — это я», 2026
«Рокки», 1976
«Рокки — это я», 2026


«Зеленая книга», 2019



↓ ↑ «Рокки», 1976



«Тупой и еще тупее», 1994
«Все без ума от Мэри», 1996

↓ ↑ «Рокки — это я», 2026
«Рокки — это я», 2026
«Рокки — это я», 2026
А черепашки где?
Очевидно, что «Рокки — это я» станет радостью для поклонников Сталлоне, которого Фаррелли пытается не то чтобы прямо вписать в команду звезд «Нового Голливуда» (Скорсезе, Коппола, Кубрик, Олтмен, Богданович), но прислонить где-то неподалеку самим фактом внимания к истории фильма, при всех регалиях не стоявшего рядом с «Бешеным быком», который действительно сломал канон спортивной драмы. Но фильм Фаррелли должен понравиться и любителям ностальгических стилизаций (художники и оператор Шон Портер создают уютные, «ламповые» 1970-е: «злых улиц» там нет, только добрые), и тем, кто ценит жанр «кино о кино». При всей прямолинейности и сентиментальности в картине много подробностей рабочего процесса, всего того волшебства, из которого в итоге складывается успешный фильм. Только что изобретенная технология стабилизации ручной камеры «стедикам», позволившая дешево и круто снять и ринг, и уличные сцены («Рокки» действительно был одним из первых фильмов, в которых использовалось это ноу-хау оператора Гаррета Брауна). Случайно брошенный апельсин при пробежке Сталлоне по рынку. Непредсказуемость рождения сцены, которая зацепит всех. Наконец, там роскошный актер в главной роли — Энтони Ипполито в каких-то ракурсах похож на молодого Сталлоне до неразличимости. При помощи оператора удается даже воспроизвести характерную асимметрию лица Слая, но важнее, как Ипполито копирует его манеру, вот эту томную ленцу, таящую взрыв, которая и стала trade mark Сильвестра Сталлоне. Ипполито уже сыграл Аль Пачино в сериале о производстве «Крестного отца», осталось перевоплотиться в Роберта Де Ниро на съемках «Таксиста», и главные итало-американские актеры в истории мирового кино будут охвачены.
О чем не говорит фильм «Рокки — это я», так это о том, что подробности создания «Рокки» еще до премьеры стали частью маркетинговой стратегии, и настоящее новаторство было именно в этом. Зрителям продавали не только историю, которая рассказывалась на экране, но и специфику производства. United Artists организовала масштабную PR-кампанию, обеспечив публикации в популярных журналах. Центральным элементом этой кампании была легенда о том, как Сталлоне отказался продавать сценарий за большие деньги, если ему не дадут главную роль. Теперь именно эта версия событий стала основой фильма. И она продолжает работать, на этот раз подкрепленная множеством других фан-фактов разной степени достоверности, из которых Гэмбл и Фаррелли собирали свою картину. Непонятно только, почему они забыли про двух черепах, которых Слай взял из зоомагазина, где по сюжету «Рокки» работала его возлюбленная. Их звали Кафф и Линк, они жили у Сталлоне долго и счастливо, а возможно, живы и до сих пор.

«Рокки», 1976





«Рокки — это я», 2026
«Рокки — это я», 2026
«Рокки», 1976
«Рокки — это я», 2026

